Проблема личностного смысла, связанного с работой – трудовой или профессиональной деятельностью, не раз становилась предметом рассмотрения социологов, социальных психологов и публицистов. Американский антрополог Дэвид Гребер в своей книге «Бредовая работа» отмечает, что большинство современных городских профессий не приносят пользы миру, а самим работникам их деятельности представляется «бредовой», нецелесообразной, лишенной смысла, не доставляющей радости. Йоган Хари в «Утраченных связях», размышляя об истинных причинах депрессии и тревоги, на первое место ставит оторванность от ощущения осмысленности в работе. Авторы отмечают, что даже высокая оплата труда и карьерные достижения, связанный с карьерой и оплатой высокий социальный статус и власть перестают приносить удовлетворение и вызывают у людей стремление изменить свой образ жизни (В. Н. Мерзлякова, В. И. Звягинцев, М. А. Неуважаева, Я. В. Овечкина, А. М. Торотоева, С. А. Барков, А. В. Маркеева и другие). Изучая сложноустроенные процессы «обратной миграции» [2], «дауншифтинга» [4], «второго дома», исследователи могут по-разному оценивать причины и мотивы, побуждающие горожан перебираться за город, тем не менее, и отечественные, и зарубежные ученые обращают внимание на потребность бывших горожан в самостоятельном и осмысленном труде, стремление вернуть себе отнятую мегаполисом субъектность [1], кардинально изменить характер своего труда. 

В психологическом консультировании переезд за город нередко озвучивается клиентом как «несбыточная мечта» или «мечта-ресурс», что говорит о значимости подобного замысла. Работа в городе, городская профессия, которую невозможно оставить, озвучивается как одно из основных препятствий к переезду. Ключевым оказывается вопрос свободы: «Человек должен осознавать тот предел, за которым он не может себе позволить отдавать на откуп свое собственное суверенное решение» (Э. Юнгер «Уход в Лес»).

В рамках проведенного нами исследования мы ставили задачу, анализируя особенности переживаний, связанных с опытом загородной жизни, получить представление о смысловой структуре загородного жизненного мира. Материалом для исследования послужили заметки в соцсетях (2018 – 2021 гг.) – самоотчеты, где авторы описывали свою жизнь за городом или в сельской местности. Качественный тематический анализ текстуальных данных позволил выделить и описать наиболее значимые смысловые темы в анализируемых текстах, выявить связанность тем друг с другом [3]. Результаты анализа были сопоставлены с результатами исследования литературных текстов двух предыдущих столетий, где нами ставились аналогичные задачи; это позволило сделать вывод об устойчивости смысловой структуры загородного жизненного мира.
«Труд и образ жизни» - одна из ключевых смысловых тем; для наших современников – бывших горожан принципиально важным представляется переосмыслить свой труд как таковой, утвердить свое представление о труде как о труде произвольном, свободном, включенном в окружающий мир, составляющем с ним единое целое. Труд и отношение к жизни взаимосвязаны, важно принимать трудности и непредсказуемость жизни. Авторы отмечают возникающее в процессе загородной жизни новое представление о результатах труда, отличных от результатов привычного им «городского» целеполагания и «достигательства»:

«Какого результата ты хочешь? Не бывает в саду никакого окончательного результата. В лучшем случае промежуточный. Яблоня зацвела - результат. Газон скосил - результат. То не сделал, это не успел... А в остальной жизни разве иначе? Всё успел, что хотел? Творить, выдумывать, пробовать, радоваться и огорчаться – это и есть самый результативный результат».

«Ну вот на цветение твоих садов выпали холода и не полетели пчёлы, осы, шмели. Не опылили твои яблони, груши, вишни. Все без урожая. Тут не пожалуешься, не будешь возмущаться, не обратишься в суд».

Анализ текстов показал смысловую связанность темы «Труд и образ жизни» с темами «Созерцание и умиротворенность» (созерцательный, умиротворяющий, «философский» характер труда), «Со-бытийность» (связь труда на земле и окружающего природного мира), «Становление» (авторы отмечают рост собственной независимости и самостоятельности, а также влияние загородной жизни на свободу и самостоятельность своих детей, их чувство ответственности), «Бытие собой» (переживание подлинности и аутетничности в том числе через суверенность своего труда). Авторы сопоставляют свой прежний опыт труда и нынешний труд на земле, отмечая значимость физического труда, его естественность, очевидную связь своих усилий и получаемых результатов.

Мы обратили внимание на историческую устойчивость смысловой структуры загородного жизненного мира, однако, стоит отметить, что тема «Труд и образ жизни» выделяется сравнительно большей изменчивостью. Устойчивыми на протяжении трех столетий остаются такие категории как «радость и красота труда», «удовлетворение от труда», «значимость сада и выращивания», «упорядоченность жизни», «непритязательность», «автономность и внутренняя детерминированность труда», «принятие внешних обстоятельств». Новыми, актуальными для наших современников являются следующие категории: «внимание к преодолению городского стиля труда и образа жизни, к переосмыслению труда», «освобождение от «чужого» в своем труде», «снижение притязаний и принятие непредсказуемости», «влияние труда на мировоззрение», «значимость видимого результата», «физический труд как фактор цельности», «труд на земле – источник самопринятия, мудрости и смелости жизни». Совершенно очевидно, что тема труда для бывших горожан в наше время имеет особое мировоззренческое измерение, в труде происходит соотнесение себя с различными жизненными мирами и выбор собственной суверенной позиции.

Переживание бывшего горожанина, связанное с трудом, это нередко переживание, связанное с сопоставлением труда и образа жизни городского и загородного, тревогой «справлюсь ли». Авторы подчеркивают диссонанс между своей привычкой ставить цели, энергично добиваться результата в заданные сроки, и реалиями трудовой жизни, которая в загородном мире не поддается планированию: нередко приходится приспосабливаться к погодным условиям, к сбоям в оборудовании, ко многим неожиданностям, свыкаться с ними. «Замедление» и непредсказуемость жизни на природе дается непросто, может вызывать тревогу и дискомфорт. Однако, бывшие горожане отмечают, что в конечном итоге перестают переживать о результате и начинают испытывать умиротворение и радость от труда независимо от внешних обстоятельств. 

Результаты нашего исследования смысловой структуры загородного жизненного мира, на наш взгляд, приближают нас к ответу на вопрос о том, почему загородная жизнь становится для жителей мегаполиса не просто комфортной средой, а смыслообразующим пространством, где особые характеристики среды, ее «бытийность», отвечают потребности человека в определенной психологической реальности, в пространстве суверенности, где труд на «своей земле» оказывается необходимым условием подлинного становления, условием «бытия собой».

Библиографический список
1. Виноградская, О.Я. Онтологические основания переезда горожан в деревню // Крестьяноведение. 2018. Т.3. №4. С. 123-135.
2.Звягинцев В. И., Неуважаева М. А. Переселенцы из города в сельскую местность: феномен «обратной миграции» в современной России // Мир России. 2015. Том 24. №1. С. 101-135.
3.Кретова Л. А. Смыслообразующий опыт загородной жизни бывших горожан: бытийный контекст // Вестник Санкт-Петербургского университета. Психология. 2021. Т. 11. Вып. 3. С. 265–283. https://doi.org/10.21638/spbu16.2021.305
4.Торотоева А.М. Дауншифтинг как альтернативная модель успешности. (Обзор) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. 2020. Серия 11: Социология. № 2. С. 18–26.